логотип




Пользовательского поиска


В качестве исторического материала предлагаем вашему вниманию три главы из книги : « Летопись Приморского САМБО», которая вышла в свет осенью 1997 года. В первой из этих глав публикуются в сокращении материалы М.Н.Лукашева предоставленные для «Летописи…»

I. САМБО В СССР НАЧИНАЛОСЬ С СЕКЦИИ ДЗЮ-ДО ВО ВЛАДИВОСТОКЕ

«В декабре 1892 года в посёлке Александровский пост на каторжном Сахалине у заключённой- крестьянской вдовы Марии Ощепковой- родился сын Василий. Каторжанки были лишены права на законный, признаваемый государством и церковью, брак. Их дети автоматически считались незаконнорождёнными. По всем канонам тех лет младенца, входящего в жизнь с двойным клеймом – незаконнорождённый и сын каторжанки, - ждала незавидная судьба. В довершение всех бед уже в 11 лет мальчик осиротел. Но несколько лет спустя жизненный путь сироты счастливо пересёкся с дорогой замечательного человека – архиепископа Японского, Преосвященного Николая. В одно из учебных заведений, созданных в Японии архиепископом, в духовную семинарию в Киото, и попал 14-летний Вася Ощепков. В семинарии для желающих преподавались основы борьбы дзю-до, всего лишь 25 лет назад созданной знаменитым теперь педагогом Дзигаро Кано. Василий с головой окунулся в эту новую для себя, увлекательную стихию.

Сообразительный и ловкий ученик. Быстро постигавший технику японской борьбы, понравился преподавателю, и тот оказал ему одну немаловажную услугу. Раз в год проводился отбор лучших для обучения в знаменитом институте Кодокан-дзю-до, и учитель под большим секретом сообщил приглянувшемуся ему русскому пареньку необычный принцип этого отбора.

Наступил торжественный день. В зале множество молодых претендентов расселись на татами, и сам основатель дзю-до доктор Кано обратился к ним с длинной и довольно скучной речью. Молодым людям, при всём уважении к оратору, трудно было удержаться от того, чтобы не оглянуться по сторонам, не взглянуть на своих соседей. Но Ощепков уже знал, что сзади за ними пристально следят преподаватели Кодокана. И каждое движение расценивается ими как невнимание и недостаточное уважение к великому гроссмейстеру дзю-до. Василий ещё не привык как следует сидеть по-японски: без стула, на собственных пятках. Затёкшие ноги невыносимо ныли, но он по-прежнему не двигался. Когда к нему подошли и сказали, что он принят в Кодокан, Ощепков попытался встать на совершенно онемевшие ноги, но так и не смог этого сделать, а только повалился на бок.

В архивах Кодокана до наших дней сохранилась запись о поступлении туда Василия Ощепкова – 29 октября 1911 года. Василий в полном объёме познал суровую школу дзю-до тех лет. Даже ещё в недавнее время японские специалисты считали, что практикуемая в Стране восходящего солнца тренировка дзюдоистов непосильна для европейцев. Тогда же система обучения была просто безжалостной. Ещё недостаточно умелого Ощепкова беспощадно швыряли на жёсткие татами, душили и выламывали руки, а он по дзюдоистскому обычаю благодарил их за науку смиренным поклоном даже тогда, когда у него оказалось сломанным ребро. Вскоре, однако, с ним уже стало не так-то просто бороться даже искушённым спортсменам. Никто из поступивших вместе с Василием учеников не выдержал испытаний: все оставили Кодокан, не закончив курс обучения. А он не только успешно окончил это весьма своеобразное заведение, но и стал после этого претендовать на получение мастерского звания. Всего лишь полгода потребовалось ему для того, чтобы подпоясать своё кимоно чёрным мастерским поясом. Японцы необычайно ревностно относились тогда к присуждению мастерских степеней – данов, особенно иностранцам. Ощепков стал первым русским и одним из всего лишь четверых европейцев, заслуживших в те годы первый дан. Упрямый русский юноша даже удостоился благосклонности самого Кано Дзигаро, который был не очень-то щедр на похвалу. Довольно скоро строгие экзаменаторы Кодокана единодушно присвоили ему следующую, более высокую мастерскую ступень – второй дан.

Возвратившись на Родину, Ощепков, знавший не только японский, но и английский язык, начал работать военным переводчиком. Оказавшись вновь в Росси, именно он стал пионером дзю-до в нашей стране и щедро делился своими обширными познаниями с молодёжью. Во Владивостоке до наших дней сохранился старый одноэтажный кирпичный дом номер 21 на Корабельной набережной. Теперь в нём размещается спортивный клуб Тихоокеанского флота. А более семи десятилетий назад дом занимало Владивостокское общество «Спорт», где выпускник Кодокана развернул работу со свойственной ему энергией. Шёл 1914 год. В это время экзотическая японская борьба была в новинку даже для задававших тон в спорте западных держав, а в самом отдалённом провинциальном городке России активно действовал кружок дзю-до, насчитывавший до полусотни занимающихся. Овладев основами этой борьбы, кружковцы стали проводить в обществе поначалу внутренние состязания. Кстати, самая первая в мире международная встреча по дзю-до состоялась не в Париже, Лондоне или Нью-Йорке, а во Владивостоке! Дадим слово газете «Далёкая окраина»: «…в помещении Владивостокского общества «Спорт» состоялось весьма интересное состязание по «Дзюу-Дзюцу» прибывших из Японии во главе со своим преподавателем господином Хидетеси Томабеци экскурсантов-воспитанников японского высшего коммерческого училища города Отару и местного спортивного кружка «Спорт», организованное руководителем этого кружка В.С.Ощепковым, при личном участии самого господина Ощепкова, привлёкшего массу публики…Некоторые приёмы самозащиты были продемонстрированы господином Ощепковым, причём нападения на него делались не только лицом к лицу, но и сзади».

Чудом сохранилась даже и фотография, запечатлевшая участников этой встречи в полном спортивном облачении и во главе с Ощепковым и Томабеци, который тоже обладал чёрным поясом. В 1917 году Ощепков активно участвует в процессе формирования милиции. На курсах подготовки новых защитников порядка города и уезда он преподаёт искусство самообороны без оружия.

Повествуя в своих прежних работах о последующих годах жизни Василия Сергеевича, я мог исходить лишь из рассказов его учеников и невольно повторял их неизбежные ошибки. Подлинные факты его деятельности тех лет были известны только сотрудникам нашей военной разведки. Но вот теперь, благодаря помощи руководства Главного разведовательного управления Генерального штаба (ГРУ), мне удалось ознакомится с материалами, более 70 лет хранившимися в секретном архиве. И два личных дела Ощепкова расставили всё по своим местам, не оставив уже никаких сомнений.

Он всё ещё продолжал преподавать дзю-до, но в годы японской оккупации Дальнего Востока был призван в колчаковскую армию. Как специалиста, свободно владеющего японским языком, его откомандировали в японское управление военно-полевых сообщений. Именно с этого времени начинается его сотрудничество с большевистским подпольем. Ощепков не разделял коммунистической идеологии и членом партии никогда не был. Но он был убеждённым русским патриотом и слишком хорошо понимал истинные планы интервентов. Это и определило его выбор, ведь единственной силой, реально противостоящей оккупантам, являлись большевики. Вот почему, хорошо зная, как «разделывают» подследственных заплечных дел мастера японской жандармерии, Василий, тем не менее, шёл на огромный риск и сотрудничал с красными. Через его руки проходили секретные документы, и все они становились известны антияпонскому подполью.

Когда же интервенты убрались восвояси, он отправился на Сахалин, в свой родной Александровск. Купил кинопроектор и стал зарабатывать на жизнь, демонстрируя фильмы. Принадлежавший России северный Сахалин всё ещё оставался оккупированным, и вскоре теперь уже советская военная разведка попросила его давать сведения о японском воинском контингенте, дислоцированном на острове. Ощепков, не раздумывая, согласился. Обрадованное столь ценным источником информации, командование просило теперь давать сведения о южном Сахалине, отошедшем к Японии ещё в результате войны 1904-1905 годов. Но разведчик выдвинул встречное предложение: перебраться в саму Японию и поставлять сведения непосредственно оттуда. После долгих колебаний нищего тогда Разведупра (дело требовало значительных валютных затрат) в Токио развернул свою деятельность бывший российский подданный – кинобизнесмен. Такой статус давал Ощепкову значительные преимущества, но вовсе не избавлял от традиционно пристальной японской слежки. Поражает, как, не имея никакой специальной подготовки, этот талантливый самоучка разработал безукоризненно профессиональную стратегию. С умной осторожностью находил он необходимые связи в столичном обществе. Поставлявшаяся им информация расценивается в СССР как «ценная» и «очень ценная». Несмотря на это, дальневосточный Разведупр был недоволен его работай. От разведчика категорично начинают требовать, чтобы он начал вести самую примитивную игру: давал деньги под расписку, а затем немедленно установил контакты с прокоммунистически настроенными лицами. И в 1926 году недалёкое начальство, крайне недовольное нежеланием подчинённого выполнять указания Разведупра, приказывает ему выехать в Советский Союз.

Возвратившись во Владивосток, Ощепков, конечно же, вернулся к спортивной деятельности. Ученики Василия Сергеевича успешно осваивали его науку на специальных шестимесячных курсах, а по окончании обучения им были даже выданы особые удостоверения в подтверждение того, что они прошли «сокращённый курс самозащиты и свободной борьбы по японской системе «Дзюу-До». Пользуясь своим правом мастера второго дана, Ощепков присвоил ученикам, в зависимости от успехов каждого, различные ученические разряды с правом ношения пояса соответствующего цвета, как это принято в дзю-до. В выпуске 1927 года были: В.Г.Кузовлев, который впоследствии активно работал в Ленинграде, Д.Ф.Косицын, погибший в Великую Отечественную войну, возглавлявший один из прославленных партизанских отрядов,Ф.И.Жамков, будущий мастер спорта по стрельбе и ответственный работник Центрального Совета «Динамо», руководивший прикладными видами спорта, в том числе и самбо. А вскоре Ощепков переехал в Новосибирск. Он навсегда покинул Дальний Восток, но стоит сказать, что его ученики, в первую очередь Кузовлев, активно продолжали начатое им дело. Кружок существовал ещё много лет и вплоть до 1931 года даже проводил в морском интернациональном клубе самодеятельные международные встречи на татами с моряками иностранных судов, заходивших во Владивостокский порт. Приказом Реввоенсовета СССР Ощепков был зачислен на кадровую службу в Красную Армию и назначен военным переводчиком в один из отделов штаба Сибирского военного округа. На новом месте он сразу же стал пропагандировать свою науку самозащиты, особенно важную в военное время. Василий Сергеевич выступил с увлекательным докладом. А для того, чтобы не быть голословным, тут же продемонстрировал целый ряд приёмов обезоруживания. Новосибирские газеты в один голос утверждали, что «приёмы поражали своей красивой техникой исполнения и произвели на присутствовавших исключительное впечатление». Немедленно было принято решение организовать для сотрудников штаба кружок по изучению приёмов самозащиты. Услугами редкого специалиста поспешили воспользоваться местное общество «Динамо», а также школа милиции.

А вскоре о деятельности Ощепкова узнали в столице, и он получил приглашение в Москву. Теперь уже в центральном органе спортивной печати – декабрьском номере журнала «Физкультура и спорт» за 1929 год – появилось такое интригующее сообщение: «Дзюу-До» - путь к ловкости, так называется неизвестная у нас до сих пор японская система самозащиты. В предстоящем зимнем сезоне Москва с этой системой познакомится. На днях при спортивном секторе ЦДКА открываются двухмесячные курсы… Курсами будет руководить т.Ощепков, окончивший институт «Кодокан-дзюу-до» в Японии (Токио)».

Начинать работу с демонстрации своего искусства стало для Василия Сергеевича уже обычным делом. На этот раз он вышел на сцену зала Центрального Дома Красной Армии. Потребовалось совсем немного времени, чтобы зрители убедились: выступает отличный мастер и блестящий демонстратор. На него нападали одновременно по нескольку вооружённых «противников», рубили шашкой, кололи штыком, били палкой, бросались с кинжалом, стреляли в упор из пистолета. И только отлетали в сторону выбитые из рук ножи, винтовка или пистолет мгновенно оказывались в руках у Ощепкова, не успев даже выстрелить, а «противники» летели на землю, описав в воздухе ногами широкую дугу. Такой эффектный метод демонстрации приёмов покорял сердца молодёжи, каждому мечталось стать таким же сильным, ловким и непобедимым. Неудивительно, что в ЦДКА немедленно были созданы две группы из военнослужащих и работников Дома Армии.

Опыт многих боёв первой мировой войны, «траншейной войны», как её иногда называли, наглядно показал важность хорошего владения приёмами рукопашного боя как с оружием, так и без оружия, особенно в окопных условиях. В армиях капиталистических стран теперь значительно больше внимания уделялось обучению личного состава всем видам рукопашной схватки. Разумеется, советское командование не могло не учитывать всех этих обстоятельств. Ещё в конце 1929 года были открыты курсы для начальствующего состава московского гарнизона с целью подготовить и организовать обучение рукопашному бою по новому, готовящемуся к выпуску «Руководству». В программу вошли приёмы самозащиты, обезоруживания, а руководителем курсов стал Василий Сергеевич. Конечно же, он не мог не принимать участия и в разработке самого этого «Руководства». А когда вскоре оно вышло в свет, на его страницах можно было увидеть и иллюстрации, и описание безотказных ощепковских приёмов. Тогда же, в самом начале тридцатых годов, для улучшения использования физической культуры в интересах обороны СССР был учреждён наш знаменитый физкультурный комплекс под названием «Готов к труду и обороне». В качестве одной из норм ГТО второй ступени были введены приёмы самозащиты и обезоруживания не только для мужчин, но даже для женщин. Разрабатывать эту норму довелось не кому иному, как Ощепкову.

Педагогическая деятельность Василия Сергеевича была поистине неутомимой. Кроме Дома Красной Армии, он несколько лет преподавал в Центральной высшей школе Рабочее-Крестьянской милиции, на различных военных и гражданских курсах, в школе ВЦСПС имени Н.Л.Шверника, во Дворце физкультуры завода №1 «Авиахим», вёл секционную работу сам и приобщал к ней наиболее способных своих учеников. И, наконец, преподавал дзю-до в Московском центральном институте физической культуры. В центре внимания Ощепкова лежали задачи широкого распространения навыков рукопашного боя.

Развитие ощепковской системы происходило самостоятельно, без каких-либо контактов с зарубежными школами дзю-до и, что оказалось особенно важно, с канонической японской. Ощепков не имел высшего спортивного образования, такого, какое получили его ученики, но подход Василия Сергеевича к своей работе был поистине научным. На протяжении многих лет своей работы Василий Сергеевич не замыкался в узких рамках дзю-до. Широкий диапазон его профессиональных познаний охватывал ещё и последние достижения европейской и американской наук физического воспитания. Это давало возможность восполнять существенные пробелы японской системы. Так, в качестве упражнений общеразвивающего характера он широко использовал так называемые вольные движения из популярных систем Мюллера, Бука, Сюрена, из шведской системы. Был также введён строгий контроль за состоянием здоровья занимающихся. Существенные изменения вносились также в правила борьбы. Было упорядочено судейство, введены обязательное рукопожатие до и после схватки. Борцы разделялись на весовые категории, которые в зарубежном дзю-до отсутствовали даже до сравнительно недавнего времени. Вводилась русская терминология. Думается, однако, что наиболее важное значение для формирования нового вида единоборства имело создание технического, а в связи с ним и тактического его арсенала. Сам Ощепков немало раздумывал над этим вопросом, отводя ему едва ли не решающую роль.ощебков без всяких колебаний отбрасывал «антикварные ценности» и решительно обновлял технику борьбы. Во-первых, он ввёл болевые приёмы на ноги, которые в спортивном дзю-до не применялись. Кроме того, исползовал опыт большой практики своих многочисленных учеников. Всё это, несомненно, давало свои результаты, но решающим всё-таки стало другое. Ощепков проанализировал все существующие тогда международные спортивные единоборства, китайское ушу и целый ряд национальных видов борьбы с точки зрения пригодности их техники в боевой схватке. В орбите его внимания оказались не только удары ушу, английского и французского бокса, но ещё приёмы «финско-французской», а также целого ряда иных видов борьбы, которые Василий Сергеевич именовал «вольной»: вольно-американской, швейцарской, кавказкой и персидской. Он специально отметил, что некоторые приёмы, и в особенности броски, всех видов «вольной» борьбы могут с успехом применяться и в целях самозащиты.

Стремясь возможно шире внедрять навыки рукопашного боя, Ощепков ведёт работу в самых различных военных и гражданских организациях, но настоящим звёздным часом в его деятельности становится преподование в московском институте физкультуры. Существенно продвинуть вперёд дело распространения в стране новой борьбы и самозащиты можно было только при условии подготовки достаточного количества тренеров. И Василий Сергеевич передавал свои знания молодёжи с высшим физкультурным образованием. Теперь Ощепков уже был не один, в работу успешно включалось новое поколение его воспитанников. Они преподавали не только в целом ряде столичных кружков, но и в Ленинграде, Харькове и других городах. Постепенно защиту и основанную на ней спортивную борьбу начинают изучать во всех четырёх институтах и двадцати четырёх техникумах физкультуры страны. Ощепков постоянно заботился о проведении состязаний для своих учеников. А первые открытые соревнования своих воспитанников Василий Сергеевич организовал в институте физкультуры ещё в 1932 году. Вместе со своими воспитанниками Ощепков снялся в фильме, который не только демонстрировал технику исполнения приёмов, но и пропагандировалнавыки самозащиты, в 1937 году была создана Всесоюзная секция, как тогда именовались спортивные федерации, борьбы дзю-до. Её председателем, разумеется, стал Василий Сергеевич. По существу это уже был новый самостоятельный вид борьбы, который развивался по собственным законам и совершенно независимо от японской системы. Однако новое «имя» - борьба вольного стиля – было присвоено ощепковскому детищу уже после его трагической гибели.

В 1937 году по всей стране гуляла круговерть ночных арестов. В первую очередь подозревались те, кто побывал за границей. А Ощепков имел несчастье принадлежать именно к этой категории. В ночь на первое октября он был арестован и всего десять дней спустя скончался в камере Бутырской тюрьмы. Этот замечательный человек и выдающийся специалист ушёл из жизни всего сорока четырёх лет от роду, в самом расцвете творческих возможностей, так и не успев осуществить до конца многие из своих смелых замыслов. Печатное наследие этого мастера борьбы и самозащиты, заложившего фундамент нашего самбо, очень и очень невелико. Несколько статей, фототаблицы боевых приёмов милиции, учебные материалы для института, программы и правила соревнований. Незадолго до смерти он начал работать над капитальным руководством, выпуск которого планировался в 1938 году, и можно только горько пожалеть, что сделать это Василию Сергеевичу так и не удалось. Хотя Ощепкова не было в живых, дело его трудами учеников жило и ширилось. Всего два месяца не дожил он до командного матча Москва – Ленинград, открывшего целую череду крупных и интереснейших состязаний, вплоть до первых чемпионатов Советского Союза. Вместе со спортивным шло развитие и боевого раздела. Годы войны убедительно доказали, что Василию Сергеевичу, несмотря на преждевременную смерть, удалось успешно выполнить свою задачу и заложить основы боевой системы, превосходящей японскую. В послевоенном самбо бесспорным лидером стал ощепковский ученик второго поколения Анатолий Харлампиев. Так получилось, что его даже стали выдавать за создателя самбо. И мне потребовалось много лет, чтобы, наконец, докопаться до истины и восстановить законное и бесспорное авторство Василия Сергеевича. Очень хотелось бы надеяться, что в 1998 юбилейном для самбо году, наряду с харлампиевским мемориалом, начнут проводиться и международные состязания памяти его учителя. А кроме того, земляки Василия Сергеевича – дальневосточники – установят мемориальную доску на здании бывшего общества «Спорт», которое стало колыбелью не только российского дзю-до, но и нашего самбо.»


II. ШКОЛА СОРВАНОВА

Отцом-основателем приморского самбо по праву считается Виктор Александрович Сорванов. А официальная точка отсчёта истории этого вида спорта в Приморье – 8 октября 1956 года.

Именно в тот день выпускник Ленинградского педагогического института имени А.И.Герцена, получивший диплом по специальности «физвоспитание, анатомия и физиология» , попавший по распределению в Приморский край, провёл первую тренировку в спортивном зале политехнического института. Этим молодым специалистом был Виктор Сорванов. Наверное, ни он сам, ни его первые воспитанники в тот момент не знали, что начинают славную историю приморского самбо и что пройдёт не так много времени – и самбисты из Владивостока будут греметь на всю страну, а некоторые и на мир.

Кто же он – человек, сделавший самбо в нашем крае? По словам Виктора Александровича, в то время, в которое он рос, специализированных детских секций было очень мало, и если уж назвался спортсменом, то выступать приходилось во всех мыслимых и немыслимых видах спорта. Вот и Сорванов был капитаном сборных юношеских команд по футболу г.Асбеста (Свердловская область) и г. Кыштыма (Челябинская область), добивался неплохих результатов в прыжках в высоту, выигрывал первенство Челябинской области среди школьников по гимнастике. В институте он выступал за баскетбольную команду, всерьёз занимался лыжами.

Был даже шестым на межвузовской спартакиаде Санкт-Петербурга. Результат довольно серьёзный, учитывая, что в «северной столице» на тот момент насчитывалось около полусотни высших учебных заведений. Становился четырёхкратным призёром первенства Министерства просвещения РСФСР по плаванию.

И, наверное, всё это многообразие видов спорта, которыми он занимался, помогло Сорванову быстро и легко освоить и понять технику самбо. По мнению Сорванова, техника – это главное в самообороне без оружия. Всё остальное можно наработать и натренировать. В секцию он пришёл на третьем курсе к тренеру А.Массарскому и полуподпольно прозанимался там два года. Об этом никто не знал.

Приехав во Владивосток, молодой тренер по распоряжению Приморского отдела народного образования был направлен на работу в Сучан. И лишь случай изменил его судьбу и направил в Политехнический институт.

Как-то, проходя по спортивному залу института, Виктор Александрович заметил, что в углу, расстелив маты, студенты по книжке Анатолия Харлампиева «Борьба самбо» пытаются разучивать приёмы. Он подошёл, подсказал. А вскоре в институте уже действовала секция самбо. Это была первая специализированная секция самбо во Владивостоке. В то же время в спортроте ТОФ секцию вольной борьбы вёл Иван Павлович Колодников, чемпион РСФСР по борьбе самбо. Узнав о существовании секции самбо в ДВПИ, Колодников в конце тренировки стал надевать на «вольников» самбистские куртки.

Первую встречу с моряками, которая состоялась в конце 1957 года, воспитанники Сорванова «уверенно» проиграли. А уже через год так же уверенно взяли реванш.

Кстати, с Анатолием Аркадьевичем Харлампиевым – автором книги, которую держали в руках в тот исторический момент студенты, у Сорванова сложились очень тёплые, рабочие отношения. Харлампиев помогал советами начинающему тренеру – Сорванов три раза ездил к нему на учебно-тренировочные сборы. Школа была неоценимая.

При этом тренер не менее успешно работал и с легкоатлетами. Его подопечный Афанасий Баранов занял 3-е место на Чемпионате России в беге на 200 метров, а Александр Нестеренко стал чемпионом РСФСР в беге на один круг. Такое совмещение продолжалось семь лет. Это было непосильно тяжело, и тренер сделал выбор и полностью сконцентрировал свои усилия на самбо. Шёл поиск своего стиля, шла наработка своей методики. Ведь поле деятельности было безграничным. Не было предела и совершенствованию. В этот период Сорванов много читает, анализирует. Позднее, в 1994 году, он изложил свои взгляды на самбо в отдельной книге – «Тренировка в спортивной борьбе». В том же году заслуженный тренер стал первым профессором кафедры физвоспитания за всю историю высшего образования Приморья.

Год 1961-й. первым мастером спорта стал Олег Хайдуков. Вскоре Виталий Земляной становится призёром Центрального совета «Буревестник». В то время это был один из сильнейших турниров в стране. Кстати, сейчас Виталий Земляной и Олег Хайдуков – профессора. В 1962 году чемпионом России стал Сергей Иванищев.

В процессе своей работы Виктор Александрович пришёл к выводу, что спорт един. Он не боялся при подготовке самбистов использовать методики подготовки пловцов, легкоатлетов, штангистов и других представителей индивидуальных видов спорта. Это принесло свои результаты. В начале 70-х годов приморские самбисты вышли на большой ковёр. На международную арену. 1973-92 годы – вот «золотое время» приморского самбо.

«Я бы никогда ничего не сделал один», - говорит тренер. Очень скоро ему стали помогать ученики. Уже в 1958 году Олег Хайдуков начал работать с первокурсниками. Он великолепно ставил им технику, и Сорванов получал в своё распоряжение уже технически грамотных спортсменов. Через год-два начал тренировать и Виталий Земляной. Наряду с Анатолием Полукаровым, лучшими тренерами Приморского края Сорванов считает заслуженного тренера РСФСР Анатолия Реутова и своих учеников – заслуженного тренера РСФСР Леонида Завертанного и Сергея Аксёнова.

Таким образом в ДВПИ сложилась Школа. Школа в понятии «учебное заведение» и школа в понятии «накопленная система знаний и методики». В итоге эта школа подготовила 21 призёра чемпионатов СССР. Александр и Сергей Аксёновы, Сергей Приходько, Аркадий Бузин, Александр Глибко, Владимир Новиченко, Владимир Помятеев, Владимир Халанский – каждый из них достоин отдельного рассказа.

37 лет возглавлял Виктор Сорванов краевую федерацию самбо. Рекорд всем рекордам. Он координировал и направлял работу тренеров. Постепенно самбо начало проникать в край. Первыми откликнулись большекаменцы. Одно время они даже составляли конкуренцию Владивостоку. Первопроходцем там был воспитанник Виктора Александровича Виктор Нуждаев. Его дело продолжил Александр Прокопенко. Затем подключилась Находка (тренеры- Анатолий Писарский и Юрий Самарин), за ней Спасск, Уссурийск, а затем и весь край.

Особое отношение у Сорванова к тренеру Анатолию Полукарову, который долгое время проработал в «Динамо». Это уникум, самородок и самоучка. В своё время он серьёзно занимался вольной борьбой. Затем самостоятельно изучил самбо, понял его технику, овладел ею. Полукаров воспитал великолепных мастеров – Нурислама Халиулина, Владимира Гончарова, Виктора Алексеенкова, Бориса Зайцева…

К сожалению, всё закончилось в начале 90-х годов. Спорт был сферой социальной, деньги перестали поступать, и Сорванов остался один. На этот же период пришлась и смена поколений, практически все ведущие спортсмены ушли в бизнес. Сегодня всё приходится начинать заново. Ветеран не оставил дела, которому отдал всю свою жизнь, и сегодня в спортзале ДВГТУ занимаются перспективные ребята…

Тех, кто прошёл через приморское самбо, очень много. Многим этот вид спорта дал путёвку в жизнь. Помог почувствовать себя настоящим мужчиной. Так что не будем забывать, что всю эту систему в своё время построил выдающийся тренер и педагог Виктор Александрович Сорванов.


III. СПАССК- ДАЛЬНИЙ.

1974 год – вот точка отсчёта истории самбо в городе цементников. Именно тогда выходец из Челябинской области Алексей Гиндин после демобилизации из армии устроился работать на Тракторно-ремонтный завод и на общественных началах организовал секцию самбо. Занятия проходили в оборудованных под спортзал бытовках ТРЗ, занимались в секции в основном молодые рабочие этого завода.

В дальнейшем Алексей Николаевич с завидным постоянством улучшал условия для тренировок. В 1979 году на базе ДЮСШ открывается секция самбо, а спустя три года специализированный зал борьбы действует уже не в бытовых помещениях, а в спорткомплексе ТРЗ.

Но и на этом Спасский энтузиаст самбо не успокаивается: в 1988 году по инициативе Гиндина под спортивный зал было переоборудовано бомбоубежище цементного завода.

Помнят в Спасске и своих первых чемпионов. В 1978 году Евгений Ладыко стал чемпионом края по самбо в весовой категории до 48 кг. В последующие годы неоднократными призёрами краевых соревнований становились Александр Смеловский, Андрей Резчиков, Владимир Ботажок, Александр Галуза. Были успехи и у молодёжи.в 1980-м Алексей Новиков выигрывает первенство России среди школьников.

В 1984 году Алексей Гиндин перестал быть тренером-одиночкой. Его лучшие воспитанники – Андрей Резчиков, Владимир Ботажок и Александр Смеловский, демобилизовались из армии, вернулись в родной город и тоже стали тренировать.

В конце 80-х годов на ковёр выходят представительницы прекрасного пола. С девушками работают Сергей Фролов и Владимир Ботажок. Очень скоро они добились определённых успехов: есть в Спасске-Дальнем и победительницы первенств края и Дальнего Востока, и призёры первенства России. Примечательно, что первым мастером спорта в Спасске также стала девушка. Это Татьяна Орёл – неоднократная победительница первенства края, Дальнего Востока и Азии, самая титулованная самбистка в городе.

Однако мужчины очень скоро наверстали упущенное. Мастерами спорта стали Роман Петриченко, Роман Говоруха (победитель первенства России среди школьников) и Игорь Ефремов. Гордятся здесь также Сергеем Шульгиным, Андреем Барышевским и Алексеем Ласохой. Эти ребята успешно выступают на краевых и дальневосточных соревнованиях.

Сегодня в Спасске-Дальнем работают пять тренеров: Сергей Фролов и Игорь Ефремов в с/к «Атлант» МУ ДЮСШ, В.Космач и А.Романчук в зале борьбы ДЮКФП (бывший спортзал ТРЗ) и Александр Смеловский в СПУ. Навыки самообороны без оружия осваивают около 300 мальчишек и девчёнок.


телефон
spassksport@yandex.ru